Вконтакте Facebook Twitter Лента RSS

Как построить речной маяк для кораблей проект. Спасительный огонь для моряков, или как устроен маяк

Ограждение морских опасностей.

Для того чтобы обеспечить безопасность мореплавания, необходимо соблюдать по крайней мере два условия: с достаточной точностью нанести на навигационную карту все известные морские опасности и оградить эти опасности в море определенными, хорошо видимыми знаками или другими искусственными предметами, по которым мореплаватель мог бы легко ориентироваться и заблаговременно уклониться от встречи с опасностью. Кроме того, каждый мореплаватель нуждается в различных береговых и морских ориентирах для определения своего места в море, опознания побережья, подходов к портам и якорным стоянкам.
Совокупность всех средств и устройств, которые обеспечивают безопасность мореплавания в определенном районе или море, обозначают надводную или подводную опасность, дают возможность опознать открывающийся берег и определить место судна при плавании вблизи берегов, называся навигационным оборудованием данного района или моря в целом . По месту установки средства навигационного оборудования могут быть береговыми и плавучими.
Основное назначение навигационного оборудования-ограждение морских опасностей. Плавучее ограждение устанавливают на воде - это буи, баканы, вехи и плавучие маяки, которые служат для непосредственного предостережения штурмана о существующей в данном месте опасности. Береговое ограждение - морские и береговые маяки, береговые знаки и башни, створные знаки - устанавливают на прибрежной полосе материков и островов. В некоторых случаях роль берегового ограждения выполняют нанесенные на карту различные приметные места и предметы - отдельные высоты, триангуляционные вышки, приметные здания (церкви, башни и т.д.).

Область применения плавучих маяков намного меньше, чем других плавучих предостерегательных знаков. Как правило, плавмаяки устанавливают в районах морских опасностей, значительно удаленных от берега при входе в проливы, каналы или теры (например, плавмаяк ский" в Рижском заливе), часто качестве приемных маяков больших портов. Каждый плавучий маяк окрашивается приметным и отличным от краски других судов образом. Надводные борта плавмаяков обычнго окрашиваются в красный цвет. Вдоль обоих бортов большими буквами пишется название маяка. Плавучий маяк, находящийся на своем штатном месте, должен нести на топе мачты решетчатый шар, а ниже него - маячный флаг желтого цвета с прямым синим крестом. Сорванный со своего штатного места плавмаяк считается неработающим и вместо шара и маячного флага должен нести: днем:- по одному черному шару в носу и корме (или по одному красному флагу) ночью - по одному красному огню на тех же местах. Плавмаяки могут так же подавать туманные и другие сигналы. В последнее время плавмаяки выходят из употребления и заменяются башенными морскими маяками.
Плавучее ограждение называется штатным , если оно нанесено на карты, Дополнительное ограждение, выставляемое для каких-либо специальных целей в летнее время, называется летним. Зимнее ограждение выставляется после ледостава в замерзающих портах для обозначения входа и выхода из портов, а также участков и рейдов для безопасного движения ледоколов и проводимых ими караванов. О выставлении летнего или зимнего ограждения сообщается в "Извещениях мореплавателям".

Рис.56: Береговой маяк.

Средства берегового ограждения - маяки, освещаемые и неосвещаемые знаки, створы и т. д. - устанавливают для того, чтобы облегчить мореплавателям ориентировку в море относительно морских опасностей, лучше опознать берег и вход в порт или на рейд, определить место судна при плавании в видимости берегов Основным береговым ориентиром является маяк. Оснащенный мощным источником света, маяк в хорошую погоду ночью имеет дальность видимости до 15-20 миль и более. Мореплаватели относятся к сигналам маяков с самой высокой степенью доверия, так как местоположение их неизменно.

В отличие от других навигационных знаков маяк обслуживает мореплавателей круглые сутки и в любую погоду. В зависимости от места установки береговые маяки делят на собственно береговые и на морские.
Береговые маяки
возводят обычно на высоких, выдающихся в море мысах материка или больших островов (рис.56), морские - на расположенных вдали от берега естественных или искусственных островках или просто на подводной скале (рис.57). По своему назначению береговые маяки могут быть опознавательными (указательными) и створными. Первые, как видно из названия, обычно служат приемными знаками при входе в какой-либо порт или канал (например, Дообский маяк при подходе к Новороссийску), поворотными знаками в том месте, где проходящие суда обычно меняют свой курс (например, Поворотный в Японском море), предостерегательными знаками, указывающими на определенную навигационную опасность (например, Родшер в Финском заливе). Створные маяки ставят для облегчения прохода судов в узкостях или входа на рейд, в гавань или в порт (например, Таллинские створные маяки).

Во избежание путаницы все маяки отличаются друг от друга не только внешним видом, но и характеристикой огня и туманного сигнала. Практически установлено, что маяки с одинаковой характеристикой не должны располагаться ближе чем в 80 милях друг от друга.

Главные требования к маякам сводятся к следующему:

  • Местонахождение каждого маяка должно быть точно нанесено на карту.
  • Он должен быть хорошо виден и днем и ночью.
  • Огонь маяка не должен приниматься за любой случайный огонь на берегу.
  • Маяк должен иметь надежную туманную сигнализацию.

Кроме маяков на берегу устанавливают освещаемые и неосвещаемые знаки. Освещаемые знаки отличаются от маяков меньшей величиной и тем, что на них ставят автоматические источники света, менее мощные и не требующие постоянного обслуживания. Неосвещаемые знаки служат ориентирами только в дневное время (рис. 58).

Сигнальные и другие станции.

Кроме знаков плавучего и берегового ограждения безопасность мореплавания обеспечивает ряд специальных сигнальных станций, задача которых- передача на суда, находящиеся в море, сведений, имеющих значение для безопасного плавания. Они могут находиться при маяках или работать самостоятельно. К таким станциям относятся прежде всего радиостанции, которые в зависимости от своего назначения передают метеорологические сводки, радионавигационные извещения, сигналы времени и медицинские советы. Эти передачи ведутся по установленной программе, по запросу или в определенное время суток.

Рис.57: Морской маяк. Белая круглая башня.

Телефонные станции при маяках позволяют связать их с ближайшим портом или населенным пунктом.
Метеосводки и радионавигационные извещения (сокращенно МЕТЕО и НАВИМ) информируют мореплавателей об ожидаемой погоде и изменениях в навигационной обстановке. Их передают все береговые станции Министерства морского флота открытым текстом. Эти извещения могут быть очередными и срочными. Последние передаются немедленно по поступлении на радиостанцию, а очередные - по расписанию передач. Сигналы времени по радио даются в соответстви с программой, установленной данной станции, подробности о которой указываются в лоциях и в специальном издании "Радиосигналы времени".
Кроме радиосвязи для передачи на суда нужной информации используются также звуковые, флажные (фигурные) и световые средства сигнализации. Для подачи таких сигналов на хорошо видном с моря месте устанавливают сигнальные посты , оборудованные мачтой, на которой поднимаю определенные сочетания флагов или фигур, обозначающих необходимы сигналы. В темное время суток эти сигналы передаются азбукой Морзе помощью клотикового фонаря или сочетаниями красного, зеленого и белого огней. С сигнальных постов обычно подаются следующие сигналы:
"Предупреждение об опасности" - подается плавучими маяками, на мачте которых для судов, чей курс ведет к опасности, поднимается двухфлажный сигнал по Международному своду сигналов - "Вы идете к опасности" с одновременным пуском ракет (ночью сигнал дается только ракетами). Сигнал подается до тех пор, пока судно не увидит его и не изменит своего курса.
"Лоцманские сигналы" - они регулируют движение судов по каналу или фарватеру, сообщают о глубинах на фарватерах, о приливах и отлива в порту, о течениях и о высоте воды и т. п.

Рис.58: Береговой знак.

"Штормовые сигналы" - для предупреждения мореплавателей и населения портовых городов о надвигающихся штормах и сильных ветрах. Эти сигналы имеют значение для ограниченного района и служат в основной предупреждением для выходящих в море судов (см. приложение 2, е).
Туманные сигналы, имеющие весьма серьезное значение для безопасности плавания вблизи берегов, подают возушными и подводными средствами звуковой сигнализации при снижении видимости (туман, снежный заряд, морозь и т. п.). В советских водах оздушные туманные сигналы подаются береговыми маяками при помощи следующих устройств:

  • наутофон - мембранный излучатель со звуком, напоминающим звук горна. Дальность слышимости достигает 3-4 миль;
  • сирена - паровая или пневматическая с неподвижным или вращающимся рупором. Издает сильный воющий звук и имеет среднюю дальность слышимости 6-8 миль;
  • диафон - издает сильный прерывистый звук, слышимый на расстоянии 6-8 миль;
  • туманный горн - имеет однотонный звук с небольшой дальностью слышимости (до 2 миль). Применяется в основном на плавучих маяках;
  • свисток (или ревун) применяется на морских буях. Работает автоматически при волнении определенной силы;
  • пушка - выстрелы производятся с промежутком 10 мин. При ветре с моря выстрелы даются чаще;
  • взрывы - сильный звук от взрыва специального патрона на большой высоте; распространяется во все стороны и считается надежнее пушки;
  • колокол - в настоящее время применяется только на морских буях ч в качестве дублирующего средства на маяках.

Береговые маяки подают двухударный звон с промежутком до 3 мин; плавучие маяки - трехударный звон с промежутком до 2 мин.
Отдельно могут быть выделены радиопеленгаторные станции и радиомаяки , которые, передавая определенные сигналы, служат для определения места судна в море при помощи радиопеленгов.
Лоцманские станции обеспечивают лоцманскую проводку судов в порт и из порта, а спасательные станции оказывают помощь судам, терпящим бедствие.
Все сведения о маяках, сигнальных станциях и передаваемых ими сигналах даются в "Лоциях" и отдельных изданиях "Огни и знаки" по каждому морю. В этих же изданиях имеются данные о лоцманских и спасательных станциях. Пункты, где имеются такие станции, обозначают на картах.

Уже тогда строили его с определенной целью: он помогал мореплавателям благополучно пройти рифы, которые в большом числе встречались по пути к александрийской бухте. Днем кораблям в этом помогал столб дыма, а ночью - отраженные костры. Как выбирали место для строительства этого маяка? Когда эти сооружения получили широкое распространение? Где находятся самые мистические маяки мира? И что же значит слово "маяк"? Ответы на эти и многие другие вопросы ищите ниже!

Маяк: значение в этимологическом словаре

Языковеды утверждают: корни этого слова в праславянском. "Ma"акъ" стал основой для древнерусского слова "маякъ", которое в переводе на современный русский означает "веха" или "знак". Кроме того, ma"акъ - основа польского majak, означающего "мираж, окольный путь". "Маяк" созвучен и с древнеиндийским, новоперсидским и осетинским словами, имеющими перевод "свая".

Маяк: значение слова сегодня

На сегодняшний день маяки представляют собой средства навигационного оборудования башенного типа. Эти капитальные сооружения располагаются на побережьях крупных водоемов и имеют точные географические координаты.

В толковом словаре также есть "маяк". Значение слова - "башня, оснащенная сигнальными огнями, расположенная на

По своему назначению маяки делятся на несколько типов:

Портовые. Такие сооружения располагаются на входе в порт.

Предостерегательные. Эти маяки позволяют кораблям увидеть опасные места фарватера.

Указательные. Главная их цель - позволить мореплавателям проверить правильность курса, по которому идет судно. Такие маяки обычно помещаются прямо в открытом море - на отмелях или скалах. Зачастую в качестве основы для башен создают искусственные возвышения.

Маяк снаружи и внутри

Типичная окраска маяков белая. Встречаются сооружения с поперечными полосами черного или красного цвета. Строят маяки в виде башен. Главная особенность этих башен заключается в том, что внушительных размеров тесаные камни, из которых их возводят, представляют собой практически монолитную массу. Достигается такой результат благодаря качественной притеске.

Для того чтобы маяк был хорошо виден даже в шторм, его оснащают мощным источником света. Помещение для смотрителя обычно возводят рядом с основной башней, если она расположена на берегу. А вот если маяк находится посреди моря, жилое помещение для маячника организуют прямо в башне. Тут же располагаются склады, цистерны для воды.

Навигационные свойства

Для того чтобы судовая команда могла определить, с какой стороны корабль подходит к маяку, некоторые фонари имеют цветовую окраску, состоящую из нескольких полос определенного цвета. Эти полосы именуют "дневной меткой". В темное время суток эту функцию выполняют секторные огни. Белый цвет секторного огня, которым обозначен маяк, означает безопасный сектр. Левую от безопасного сектора область принято обозначать огнем красного цвета, а правую - зеленым.

Самый древний маяк - это маяк, расположенный в Испании. Его построил римский во втором веке! А Статуя Свободы на протяжении шестнадцати лет использовалась в качестве средства навигации. Первый каменный маяк, который расположен в Англии, был возведен в 1756 году. Он указывал морякам путь с помощью 24 свечей. Мощность сегодняшних навигационных башен - более двадцати миллионов свечей!

Кстати, существует даже действующая церковь-маяк. Это Вознесенская церковь. Построили ее в 1862 году на Большом А самый высокий маяк в мире - стальная башня, расположенная в Йокогаме. Высота его превышает 100 метров. Несмотря на то что маяки известны с древних времен, французы до семнадцатого века не обозначали свои береговые линии с помощью огней. Отсутствие маяков должно было предотвратить нападение пиратов.

Мистические маяки

Во всем мире существует немало заброшенных маячных башен, ранее служивших путеводителями для моряков. С ними связано множество мистических и загадочных историй.

Наверное, самый загадочный маяк - это Эйлин Мор. В середине декабря 1900 года здесь при загадочных обстоятельствах пропало сразу три смотрителя! Приплывшие на маяк моряки нашли только пустые коробки, в которых ранее были продукты. Ворота, ведущие в башню, были надежно закрыты. Попав внутрь, моряки были крайне удивлены: кровати смотрителей были расправлены, стол - перевернут. Дождевики маячников лежали здесь же. Однако больше всего мореплавателей поразил следующий факт: замершие стрелки всех часов, находящихся в башне, показывали одно время. Эта тайна остается неразгаданной и по сей день.

Есть в мире маяк, приносящий людям физические недомогания. Он расположен в Британии. Маяк Талакре забросили еще в конце девятнадцатого века, однако его посетители и сегодня жалуются на симптомы различных заболеваний, которые проявляются после посещения здания. История этого маяка гласит: один из его смотрителей скончался прямо на рабочем месте. Причиной была лихорадка. Некоторые посетители утверждают: маячник в старинной форме присматривает за башней и сегодня. Люди нередко видят его призрак, который то стоит наверху, то прогуливается неподалеку.

Самый дорогой в истории Соединенных Штатов Америки маяк - это маяк, построенный на рифе Святого Джорджа. На его возведение ушло более десяти лет. Однако желающих работать здесь практически не было - остров, где он располагается, находится на значительном удалении от цивилизации, на этом месте постоянно бушуют волны. Здесь всегда трудились пять смотрителей, это позволяло людям не сойти с ума. Однако в 1923 году пятерых маячников смыла огромная волна. С тех пор свет на маяке никогда не загорался.

Величественные исполины побережья. Тысячелетиями они указывают путь к родным берегам, оберегают мореплавателей от опасностей прибрежных вод, дают луч надежды на спасение.

Маяк - сооружение, построенное в виде башни, предназначенное для навигации судов вблизи опасных берегов. Они являются видимым ориентиром днем, а ночью испускают непрерывный или мигающий яркий свет, чтобы предупредить проходящие рядом морские суда об опасностях и помочь им в навигации, определении безопасного курса. Для маяка важна его идентификация, в том числе точные координаты его местоположения на морской карте. На протяжении многих сотен лет маяки имели огромное значение для морской навигации, часто становясь фактически спасением для изможденных штормами экипажей кораблей, возвращающихся домой или идущих в чужой порт.

История возникновения

В древности моряки, плавая в ночное время, ориетнировались по обыкновенным кострам, которые горели вдоль побережья. В десятой песне "Одиссеи" он рассказывает о том, что жители Итаки зажигали огни для того, чтобы Одиссей смог найти родную гавань. Прошло много веков прежде чем люди начали строить специальные маячные сооружения. Первые сведения о маяках-башнях сообщает римский историк Плиний Старший в своей "Естественной истории". В его время маяки были в Александрии, Остии, Равенне и других портах Средиземного моря. Самым древним маяком считается Александрийская, или Фаросская, башня, построенная в 283 г. до н.э. в устье Нила при входе в Александрийскую гавань. Она была сооружена греческим зодчим Состратом по приказу египетского царя Птоломея Филадельфа. Ночью на вершине башни горел костер, который, по свидетельству современников, "сиял подобно звезде" и был виден на расстоянии около 30 морских миль. К началу нашей эры в мире существовало 27 маяков. Они освещали берега проливов Дарданеллы, Босфор, Ла-Манш, Апеннинского полуострова, Южной Франции, Испании. В средние века с расцветом коммерческой деятельности Ганзейского союза маяки-башни появились и в Северном море. Первый из них был сооружен купцами вольного города Гамбург в 1286 г. на острове Нейверк при подходе к устью Эльбы.

Не смотря на технический прогресс и XXI век, маяки по-прежнему являются неотъемлемой частью системы навигации на море. Помимо чисто технической стороны обеспечения безопасности на море, световые маяки привлекают многих как достопримечательность в любой местности мира. Посещение светового маяка для местности, где он расположен, является практически обязательным пунктом экскурсионной программы.

Виды маяков

Маяки береговые

Эти сооружения строятся на берегу, иногда, в близи от берега, могут быть возведены, на прибрежных островах.

Береговые маяки по выполняемой функции различаются: Опознавательные (одиночные) маяки – они служат, для обозначения определенной точки на водной или земной поверхности, служат, в частности знаками, при входе в порт, а также в тех местах, где корабли меняют свой курс, а также для обозначения опасных участков на воде.

Створные маяки (обязательно работают в паре) - прежде всего, служат для обозначения на карте определенной линии, используются обычно, для указания суднам, в каком месте им следует изменить курс, для того, чтобы зайти в гавань или порт. Маяк представляет собой точку на горизонте, что для многих навигационных нужд явно недостаточно. Для обозначения проходов в порты, устья рек, направления движения по фарватеру маяки могут использоваться в качестве створных знаков. В этом случае используются два маяка, установленные на разной высоте. Дальний маяк всегда выше ближнего - таким образом, если судно на правильном курсе, то с него можно наблюдать одновременно оба маяка, находящихся на линии курса, визуально один над другим. Благодаря разнице высот створных знаков можно точно определить в какую сторону производить корректировку курса, чтобы точно следовать по направлению створов. Такая система обозначения направления движения впервые была внедрена в Европе в 1837 году и получила название «Ведущих огней» (англ. Leading Lights). Благодаря этой системе с разницей высот створных маяков, стало возможным точно определить, в какую сторону курса изменять курс судна. Она широко применяется не только в морской, но и в речной навигации. Створными огнями оборудованы большинство подходных путей и фарватеров морских и речных портов.

Маяки морские

Морские маяки или "плавучие" устанавливают на морских судах. Их могут используют вдали от береговой линии, при заходах в порт, служат в качестве лоцманской станции. Они оснащены сильным источником света с применением средств оптического увеличения света, для того, чтоб быть хорошо заметными в ночное время.

Маяки в России

Возникновение маяков в России относится_ко времени зарождения регулярного отечественного флота. С выходом русского государства к морям Петру I приходилось проявлять заботу об обеспечении безопасности мореплавания, в частности, путем постройки маяков, опознавательных знаков и ограждения фарватеров.

Первый маяк был построен на Азовском море в устье Дона во время похода на Азов (1696 г.). Петровский "первенец" также освещался кострами. Если придерживаться хронологического порядка появления маяков в царской России, далее необходимо обратиться к Архангельску на Белом море, где до основания Петербурга была сосредоточена вся военно-морская и торговая деятельность русского царя. Указом Великого Преобразователя 1705 г. на Северной Двине при входе в Архангельский порт было сооружено плавучее ограждение. С тех пор маячное дело стало быстро развиваться, несмотря на ощутимые финансовые затруднения из-за многочисленных войн. Заметим, что к указам о постройке новых маяков Петр I иногда прилагал и собственноручные схематические чертежи предполагаемых сооружений с указаниями общего характера.

К концу царствования Петра I на Балтийском море уже действовали несколько маяков - каменных и деревянных. Большинство из них освещались дровами, некоторые - углем. Дрова обыкновенно заготавливались крестьянами близлежащих селений по 30 коп. за сажень, и требовалось их немало. К примеру, на Дагерортском маяке ежегодно сжигалось около 900 сажень дров, а на Готландском - 250 сажень дров и до 1500 пудов "заморского" (голландского) угля.

Наблюдение за освещением маяков поручалось унтер-офицерам с матросами, лоцманам или пехотным солдатам, а иногда и просто крестьянам по указанию местного начальства. Каждый раз при отправлении на маяк наблюдающим за освещением давались инструкции, которые всегда неизменно заканчивались указанием "иметь прилежное смотрение, в крепкой осторожности, дабы [маяки] содержаны были всегда исправно" и "огонь великой и высокой горел". С прекращением освещения на зимнее время большая часть людей возвращались на прежние места службы, а для зимнего присмотра за маяком обычно оставлялось два человека.

В России в районе Кольского полуострова, маяк Святоносский является одним из самых больших и старых и в связи с этим представляет собой историческую ценность.

Маяк Святоносский установлен на полуострове Святой Нос Высота башни от основания 22 метра. Высота огня от уровня моря 94 метра. Дальность видимости 22 мили.

Развитие маячного строительств на Севере связано с именем отважного помора И. И. Пашина, совершившего на своей небольшой ладье "Святой Николай" два беспримерных плавания из Архангельска в Петербург вокруг Скандинавии. Благодаря этим плаваниям Пашин стал известен высоким царским чиновникам и широкой общественности. Находясь в 1835 году в столице, он подал прошение министру финансов, который в то время заведовал торговым мореплаванием. В своём письме Пашин подробно раскрыл навигационную и экономическую необходимость учредить в Белом море и на Мурманском берегу ряд освещаемых маяков по образцу западных стран и балтийских берегов России. В первую очередь мореход считал целесообразным поставить освещаемые маяки в пунктах, где во время осеннего плавания в Архангельск поморские и иностранные парусники резко меняли свой курс: на мысах Святой Нос, Городецкий, Терско-Орловский, Пулонга, Зимние горы, на островах Мудьюг, Жижтин, Жужмун, Сосновец.

В 1835 году Морским Министерством было принято решение построить на Белом море 9 маяков для обеспечения необходимого для безопасности плавания освещения берегов. В их числе значился маяк на полуострове Святой Нос, причём этому маяку было уделено особое внимание. В "Докладе по Департаменту Гидрографическому", подписанному генерал-майором Зелёным, сказано: "Маяк на Святом Носе, входной маяк в Белое море, существенно необходим, а не существование подобного входного маяка, единственный пример в Европейских морях; причина подобного случая разве может объясняться тем, что наши военные суда, по преимуществу выходят из Белого моря, а не входят в него, и потому не ощущают той настоятельной потребности, в которой нуждаются купеческие суда. Подобные входные маяки должны иметь самое яркое освещение, какое только возможно, и потому Департамент полагает, что на Святом Носе действительно нужно иметь огонь первоклассный и даже с проблесками, которые усиливают яркость света и ясно отличают маячный огонь от постороннего".

Первоначально на полуострове Святой Нос планировалось построить каменный маяк с аппаратом диоптрической системы Френеля. Из-за дороговизны такого проекта и сложности последующих ремонтных работ было принято решение о закупке чугунного или железного маяка за границей с последующей доставкой его в разобранном виде на полуостров Святой Нос, где планировалось его собрать.

18 марта 1859 года Главный командир Архангельского порта генерал-адъютант Б. А. Гяазенал обратился в Гидрографический Департамент Морского Министерства со следующим предложением: "я полагаю, что при самом ограниченном ассигновании, устройство деревянных маяков с должным расчётом проектированных, при меньшей их ценности сравнительно железными и каменными, может принести надлежащую пользу и на весьма продолжительное время".

Английский заводчик Гриссель с которым велись переговоры по изготовлению металлического маяка, не предоставил соответствующих детальных чертежей, а сделал только фасады маяка. Чертёж фасада маяка сделан на высоком художественном уровне (он храниться в ЦГА ВМФ), но не позволял проверить соответствие требуемой им суммы в 57 тыс. рублей. К тому же анализ климатических условий показал необходимость соответствующей обработки металлический деталей, что приводило к существенному удорожанию всей конструкции маяка. Всё это, плюс нехватка средств, привело к тому, что Его Императорское Величество Государь Император Александр Николаевич "… Высочайше утвердить изволил…" проект деревянного маяка на полуострове Святой Нос. Вместо аппарата системы Френеля (современнейшего на это время) было принято решение установить на маяке обыкновенные рефлекторы, изготовить которые в ламповой мастерской Дирекции Балтийских маяков в Талинне.

Подряд на постройку деревянных служб (жилые и служебные здания и сооружения) для маяка и доставку их на место взял архангельский купец Иван Ермолаевич Торопов. Постройка велась в селении Соломбала. Службы в разобранном виде были перевезены на полуостров и там собраны. Были построены: дом смотрителя, казарма, баня, кладовая с ледником, сарай для цистерн. Позже в Архангельске была собрана и маячная башня, которая в разобранном виде была перевезена морем на п-ов Святой Нос, где и была установлена предположительно к 15 (по старому стилю) сентября 1862 года. Тогда же на маяк была доставлена катоптрическая система с аргантовъми лампами из Таллинна.

Право на сооружение и содержание маяков в то время принадлежало не только правительству, но и частным лицам, поэтому владельцы прибрежных имений нередко строили для своих нужд маяки и эксплуатировали их частично собственными силами, частично сдачей в аренду. Маячные огни, ничем не отличавшиеся от огней, разводимых местным населением, часто приводили к кораблекрушениям.

Однако наибольшие неудобства были связаны с тем, что частным владельцам разрешалось содержать маячные огни за свой счет. Эти владельцы, пользуясь древним постановлением Берегового права, которое дозволяло брать часть ценности разбитого судна и его груза, нередко специально гасили маячный огонь или зажигали его на другом месте, способствуя кораблекрушениям.

Кандидат технических наук Сергей АКСЕНТЬЕВ (г. Севастополь).

Уединённый мир обитателей маяков знаком немногим. В прошлом году журнал «Наука и жизнь» (№ ) рассказал о феодосийском маяке, уже более сотни лет помогающем кораблям в плаваниях. в этом материале речь пойдёт о том, кто и как обеспечивал работу таких сооружений. Люди, работающие на маяках, достойны рассказа об их нелёгком, а подчас и опасном труде.

Наука и жизнь // Иллюстрации

Наука и жизнь // Иллюстрации

Маяки на острове Рюген, на мысе Аркона - самой северной точке Германии. Маяк, который мы видим на фото слева, построен в 1902 году, его высота 36,3 м. Справа - маяк, возведённый по проекту знаменитого архитектора Карла Фридриха Шинкеля в 1829 году.

Маяк на мысе Сант-Блейз в Мосселбайе на юге Африки (ЮАР). У подножия маяка, откуда открывается великолепный вид на Индийский океан, находится пещера - место важных археологических находок. Фото Натальи Домриной.

Маяк Вульф-Рок (гравюра).

Тарханкутский маяк в начале ХХ века.

Маячная башня: 1 - фонарное помещение; 2 - вахтенная комната; 3 - колонна; 4 - жилые помещения; 5 - галерея; 6 - аппаратная; 7 - кладовая; 8 - погреб.

Горелка Арганда (1836).

Катоптрический осветительный аппарат. В фокусах каждого из 15 параболических зеркал, расположенных по окружности, устанавливалась масляная лампа Арганда.

Маячный городок сегодня. Феодосийская бухта, Крым, 2000 год.

Маячная башня во время шторма.

Маяк на мысе Игольный (ЮАР) - самой южной точке Африки.

Маяк Дорнбуш на острове Хиддензе, на севере Германии.

Маяк на мысе Рока (Португалия) - самой западной точке Европы.

Наука и жизнь // Иллюстрации

Инструкция, написанная кровью

В архивах британского Адмиралтейства хранится рапорт известного строителя маяков Роберта Стивенсона (деда знаменитого писателя), составленный после инспекторской поездки на острова пролива Ла-Манш летом 1840 года. «Маяк на скалах Каскетс, - докладывал Стивенсон, - важнейший из всех и находящийся на самой напряжённой в мире судоходной трассе, хуже всех, которые я осмотрел. И я настоятельно рекомендую заменить на нём фонарь и ревун. Можно содрогнуться от одной мысли, что там может произойти, если это не будет сделано». Но чиновники из Trinity-House - учреждения морской навигации, в обязанности которого входили установка и поддержание в надлежащем виде маяков, буёв и другого навигационного оборудования, проигнорировали предостережение Стивенсона. Стихия не прощает ошибок: 1 апреля 1899 года Великобритания была потрясена «пасхальным кораблекрушением»: на скалах Каскетс разбился пароход «Стелла». Капитан в густом тумане не увидел слабого огня маяка и не услышал сирены. Из 217 пассажиров и членов экипажа, находившихся на борту, погибли 124 человека.

В 1907 году по этим же причинам произошла одна из самых невероятных морских катастроф: корабль врезался в маяк. В плотном тумане огонь маяка был совсем невидим, а сирена оказалась неисправной. Два морских буксира осторожно вели «за усы» (швартовые концы, поданные с носа буксируемого судна на буксировщики) элегантный четырёхмачтовый корабль «Жаклин». При подходе к маяку Вульф-Рок, что высится в центре Бристольской бухты (юго-запад Великобритании), в месте раздвоения фарватера, буксиры начали огибать маяк: один - слева, а другой - справа... Сильнейший удар сотряс маячную башню. Перепуганные служители выскочили на галерею и прямо перед собой увидели корабль с развороченной носовой частью...

Понятие «маяк» включает в себя целый комплекс помещений и оборудования. Но основой всего является маячная башня, а её сердцем - огонь. Маячные огни светят белым, красным или зелёным светом либо определённым сочетанием этих цветов, но не синим. Он оказался непригоден для навигационных целей, так как быстро рассеивается каплями атмосферной влаги и огонь маяка, особенно в дождь и туман, размывается, становясь нечётким уже на расстоянии нескольких миль. А ведь малейшее изменение характеристики огня или ослабление его яркости чревато серьёзными авариями и даже морскими катастрофами. Это понимали давно все, кто был связан с морем.

Потребовались десятки лет и многие человеческие жизни, чтобы наконец были разработаны чёткие инструкции смотрителям маяков. В Англии они появились в конце 50-х годов XIX столетия. В России «Инструкция смотрителю маяка» была издана в 1869 году. Первый её параграф в категорической форме требовал: «Ма-ячный смотритель обязан зажигать лампы каждый вечер при захождении солнца, наблюдать, чтоб они постоянно горели, чисто и ярко, до восхождения солнца». За неисполнение этого требования грозила тюрьма и даже каторга, если по вине смотрителя в районе ответственности произошла катастрофа и погибли люди. Не менее строго подходила инструкция и к содержанию осветительных приборов, принадлежностей к ним, механизмов и оборудования. Всё маячное хозяйство должно было содержаться в образцовом рабочем состоянии. Это относилось и к жилым и к служебным помещениям.

Жизнь и повседневные заботы

Итак, вся деятельность служителей маяков направлена на выполнение единственной и на первый взгляд очень простой задачи: следить за тем, чтобы маяк светил кораблям в ночи от заката до рассвета. Сейчас за началом и окончанием работы маяка с точностью до минуты наблюдает электроника, а электрические или светодиодные светильники не требуют практически никакого ухода в течение многих месяцев, но прежде этот монотонный, утомительный и ответственный труд отнюдь не был настолько лёгок.

На первых черноморских маяках - Тарханкутском и Херсонесском, - построенных в 1816 году, использовались катоптрические (зеркальные) осветительные аппараты - пятнадцать масляных ламп Арганда, установленных в фокусе пятнадцати полированных параболических чаш. Горючим служило сурепное масло, пропитывающее хлопчатобумажный фитиль. Для создания тяги и защиты огня от влияния окружающего воздуха на горелку надевался стеклянный конический колпак, открытый сверху. Масло хранилось в специальных резервуарах ламп. В задачу вахтенного входило своевременно очищать от нагара фитили, следить за яркостью и высотой пламени, чистотой поверхности отражателей и своевременно пополнять резервуары маслом. Все эти манипуляции приходилось проделывать каждый час, а то и чаще. Когда в 1824 году маяки перевели на проблесковый режим работы, хлопот прибавилось. Для равномерного вращения осветительного аппарата (чтобы иметь определённую характеристику проблесков маячного огня) его установили на круглый поплавок-основание, опущенный в чашу, заполненную ртутью. Во вращение аппарат приводился сложным шестерёнчатым механизмом, работу которого, подобно часам с гирями, обеспечивали тяжёлые грузы, плавно скользившие на тросах внутри центральной колонны маячной башни. Теперь вахтенный помимо поддержания огня следил за равномерной работой вращательного механизма, своевременно поднимал грузы наверх и периодически смазывал детали. Так как запас масла в лампах был невелик, то за смену приходилось совершать по крутой винтовой лестнице десятки походов на склад, расположенный на нижнем этаже тридцатишестиметровой башни.

Как правило, внутри маячная башня представляет собой круглый каменный цилиндр с цементной пустотелой колонной в центре для приводного груза вращательного механизма. Начинаясь у фундамента, колонна упирается в пол маячной комнаты. Стены башни двухметровой толщины у основания плавно уменьшаются, и в районе маячной комнаты, расположенной под фонарным сооружением, толщина их не превышает метра. Такая конструкция обеспечивает устойчивость всего тысячетонного сооружения к воздействию колоссальных знакопеременных ветровых нагрузок и ударов волн во время штормов и ураганов, а также сейсмическую стойкость при землетрясениях. В цокольном этаже башни обычно размещались кладовки с имуществом и оборудованием, а также небольшой запас масла для осветительного устройства. С переходом на освещение нефтью, а затем и керосином хранилища по противопожарным соображениям пришлось из башни убрать. От цоколя в маячную комнату ведёт крутая винтовая лестница. Она ажурной чугунной лентой обвивает ствол башни, занимая всю ширину пространства между стволом и внутренней стеной. Четыре яруса световых окон обеспечивают хорошее освещение внутри при любой погоде. Подъём по узкому крутому серпантину с непривычки тяжёл (сто сорок ступенек на Тарханкутском маяке). Поэтому, чтобы служитель мог перевести дух или оставить на время ношу, на лестнице имеется несколько площадок - пролётов. Крупные и тяжёлые предметы поднимали наверх с помощью ручной лебёдки, установленной в вахтенной (маячной) комнате. А вот расслабиться служителям во время вахты возможности не было никакой. Инструкция на этот счёт неумолимо требовала: «...ни в фонаре, ни в комнате под фонарём, называемой вахтен-ною, не дозволяется иметь ни дивана, ни кровати, ни какой другой мебели, на которую бы можно было склониться».

В фонарный отсек можно попасть только из маячной комнаты. Вертикальный трап (около двух метров), прикреплённый к стене, упирается в крышку входного люка, откинув которую попадаешь в святая святых - световой (фонарный) отсек. Там в центре стеклянного цилиндра установлен осветительный аппарат, посылающий с наступлением сумерек спасительный огонь в ночную даль...

Если учесть, что маячная башня не отапливается, а зимние ветры выстуживают её так, что стены покрываются инеем, то станет понятно, насколько тяжела восьмичасовая вахта. Чтобы оградить служителей от холода и не дать замёрзнуть маслу, избежать появления плесени и гнили, маячную комнату, где размещалась вахтенная смена, утепляли, обшивая деревом. Обстановка вахтенной комнаты была спартанской: стол, стул, необходимый набор инструментов, карта района на стене и таблицы с указанием времени захода солнца.

Кроме забот о маячном огне и чистки стёкол фонарного сооружения в обязанности вахтенного входило систематическое наблюдение за морской акваторией и даже (весной и осенью) за перелётом птиц. С появлением флажного семафора вахтенный принимал телеграммы с судов, следующих мимо маяка. Для этого ему в любую погоду приходилось периодически выходить на открытую галерею башни.

Научный прогресс не обошёл вниманием маяки. В конце XIX века на смену катоптрическим огням пришли диоптрические светоопти-ческие аппараты, основу которых составляли линзы Френеля. Фитильные лампы заменили керосинокалильными установками. Это позволило значительно увеличить яркость свечения и дальность видимости огня. Но забот вахтенной службе с введением этих новшеств только прибавилось. Для работы керосинокалильной установки нужен был сжатый воздух, а нежные колпачки из вискозной ткани, пропитанные солями тория и церия, требовали постоянного наблюдения: едва сетка начинала прогорать, её следовало немедленно заменить. Сжатый воздух был необходим и для пневматических «калорических» сирен. С их установкой маячные служители должны были приобретать новые навыки обслуживания и эксплуатации сложных механизмов.

С годами менялся жизненный уклад обитателей маяков, только требования Инструкции оставались неумолимо жёсткими. «Служитель (как и на заре маячного дела) перед концом своей вахты должен оправить лампы, чтобы они горели в совершенном порядке, прежде чем выйти из фонаря, а тот, кто вступит на вахту до восхождения солнца, погасив огонь, должен сделать все необходимые приготовления для открытия огня при захождении солнца». И по сей день, в век спутниковой навигации и электроники, вахтенный, прежде чем покинуть свой пост, приводит в порядок маячное хозяйство и передаёт заступающей смене всё оборудование и приборы в безукоризненно исправном состоянии.

Знакомясь с повседневной жизнью хранителей маячного огня, невольно отмечаешь: подобное ревностное служение избранному делу нынче большая редкость. Такое можно встретить разве что в храме или монастыре.

Люди и быт

Место, где в начале XIX века поставили Тарханкутский и Херсонесский маяки, было диким. До уездного центра - Евпатории - более 65 вёрст, а до Севастополя - более 20. Сносных дорог не было. Местная вода оказалась сильно засолённой и неприятной на вкус. Поэтому воду возили бочками на лошадях из ближайших деревень. Камень для строительства добывали в Инкерманских карьерах под Севастополем и доставляли на Тарханкут морем, а на Херсонес - на подводах. Рядом с башнями для смотрителя и маячной прислуги построили дома и складские помещения. Но дома оказались сырыми и плохо отапливаемыми, а в складских помещениях, из-за отсутствия вентиляции, имущество и продукты плесневели и быстро портились. Пустынный пейзаж не радовал глаз, и отчаяние охватывало первых поселенцев. Поэтому неудивительно, что смотрители маяков постоянно жаловались начальству на низкую дисциплину, беспробудное пьянство и плохое исполнение служебных обязанностей своих подчинённых: матросов и унтер-офицеров, списанных с флотских экипажей.

Капля камень точит, и жалобы в конце концов возымели действие. С 1866 года весь обслуживающий персонал, включая и смотрителя, сделали вольнонаёмным и разрешили селиться на маяках семьями. Существенно повысили и оклады. По новому «Положению о найме смотрителей и прислуги для маяков» за безупречное исполнение обязанностей служителям раз в три года выплачивалась денежная надбавка в размере 1/4 оклада. Положили хорошие продовольственные пайки и бесплатное обмундирование. Улучшили и снабжение маяков топливом, строительными материалами и инструментом.

Правда, на первых порах это не принесло желаемого повышения качества работы, поскольку, привлечённые высокими окладами и сытой жизнью вдали от начальства, в смотрители ринулись люди весьма сомнительные: начиная от нечистых на руку титулярных советников и помощников градоначальников по особым поручениям и заканчивая спившимися артистами императорских театров. Проку от них было немного, а вред подчас они наносили большой. Многие из них заканчивали маячную карьеру в тюремных камерах. Поэтому от практики назначать на должность смотрителя кого ни попадя вскоре отказались и требования к подбору людей ужесточили.

По новым правилам кандидатуру смотрителя маяка по представлению Главного командира порта утверждали в Главном гидрографическом управлении Морского министерства. К кандидату предъявлялись серьёзные требования: он должен был быть уживчивым с людьми, грамотным, иметь опыт морской службы, владеть многими ремёслами, а также навыками оказания первой медицинской помощи, так как большая удалённость маяков от портов и городов создавала проблемы с доставкой продуктов, имущества и врача. Больше всего этим требованиям отвечали флотские офицеры, вышедшие в отставку. Их охотно брали на должности смотрителей маяков.

Смотритель, вступая в должность, давал клятву на верность служебному долгу и подписывал присяжный лист. С ним ежегодно перезаключался контракт. Боязнь потерять хороший заработок заставляла смотрителей ревностно исполнять свои обязанности и того же требовать от подчинённых. Укреплению дисциплины на маяках способствовало и изданное государством «Уложение о наказаниях уголовных и исправительных». Раньше недобросовестные люди, пользуясь пресловутым правилом «берегового права» (широко распространённое в Средние века право прибрежных жителей на выброшенное волнами имущество разбившихся судов), частенько сознательно гасили маячные огни, чтобы во время бури поживиться на жертвах морских катастроф. Теперь виновного в устройстве ложных сигналов с целью дезориентации проходящих кораблей ожидали каторжные работы сроком от 10 до 12 лет. Опыт показал: чем дольше маяк находился в ведении одного и того же смотрителя, тем больше порядка было на объекте. Поэтому хорошими смотрителями дорожили и всячески приветствовали создание маячных династий, когда, отслужив положенный срок, глава семейства передавал заведование маяком своему сыну.

Ужесточили требования и к обслуживающему персоналу. Служитель подписывал обязательство беспрекословно выполнять приказания смотрителя, касающиеся службы и распорядка на маяке.

Суровая и хлопотная жизнь маячного служителя подходила далеко не всем, поэтому на маяки брали людей спокойных по характеру, общительных и пунктуально исполнительных. И хотя разнились они по возрасту, вероисповеданию и жизненному опыту, имели привычки и наклонности подчас далеко не благородного свойства, всех их объединяла тяга к свободной аскетической жизни.

Среди обитателей маяков не одно поколение пересказывалась история о бристольском башмачнике, который отправился служителем на Эддистонский маяк (он находится в море на удалении десятка миль от берега) лишь только потому, что ему надоела городская кабальная жизнь в мастерской за шилом и колодками. И хотя бедолаге во время затяжных штормов в одиночку не раз приходилось жестоко страдать от голода, питаясь сальными свечами, цепенеть от страха, когда ураганы, сотрясая каменные стены башни, перебрасывали многотонные волны через фонарь маяка, башмачник уверял, что «даже в эти ужасные дни он чувствовал себя по-настоящему свободным человеком».

Долгое время жизни обитателей маяков мешала нерешённость жилищной проблемы. Так, в начале семидесятых годов XIX века на Тарханкутском маяке в маленьком жилом домике размещались двадцать два человека: 11 солдат, 2 телеграфиста, 3 сигнальщика, смотритель с женой и 3 служителя, один из них также с женой. Подобная картина была и на Херсонесском маяке. Там в четырёх комнатах ютились двадцать человек.

В отчёте Гидрографического департамента за 1871 год отмечается: «Важнейший недостаток большей части Черноморских и Азовских маяков заключается в неудобных, до крайности, помещениях для маячных семейных служителей. Ежедневные ссоры, нарушение главных распорядков маячной службы и основных правил дисциплины, безнравственность, доходящая иногда до крайних пределов безобразия, служат поводом к назначению следствий, обнаруживающих разнообразные уголовные преступления, увлёкшие некоторых маячных служителей в арестантские роты и в Сибирь, на каторжные работы. Чтобы смягчить условия жизни на отдалённых маяках и обеспечить точное исполнение требований маячной службы, при маяках необходимо устраивать жилые здания так, чтобы в них было удобно помещаться отдельным семьям. Для нижних неженатых чинов необходимо иметь специальные казармы со всеми удобствами». В рекомендательной части отчёта предлагалось разработать универсальные жилые и хозяйственные постройки, пригодные для всех маячных городков. Это, по мнению авторов, намного удешевляло и ускоряло строительство.

По заданию Гидрографического департамента инженер-полковник Рулев составил типовой проект двухэтажного здания с учётом климатических и гигиенических условий. Своё решение Рулев обосновывал тем, что «в двухэтажном здании при одном и том же количестве строительных материалов достигается более обширное помещение, т.к. фундамент, стены и крыша составляют общую принадлежность для обоих этажей, что особенно важно в отношении крыш, ремонтирование которых сопряжено со значительными расходами, при большом числе маяков». Гидрографический департамент согласился с проектом Рулева, и вскоре на черноморских маяках появились опрятные городки с удобными для проживания коттеджами.

Постепенно на маяках складывались крепкие коллективы. Вырастали дети. Многие из них навсегда оставались на маяке, продолжая семейные традиции. Маячные городки обустраивались и хорошели. Летом они радовали глаз цветниками и розариями, утопали в зелени садов, оказывая неизгладимое впечатление на каждого, кому доводилось побывать в этом романтическом, мало кому известном мире...

Испытание морем

Исправно горящий огонь маяка, как показывает жизнь, ещё не гарантия безопасного судоходства. Если у капитана не достаёт морской выучки или опыта плавания в штормящем море, а команда не расторопна или плохо обучена, то и свет маяка не поможет попавшим в беду мореплавателям. И тогда служителям маяка приходится идти на помощь терпящим бедствие.

В ночь на 1 октября 1817 года на траверзе Херсонесского маяка разыгралась трагедия. С заходом солнца при спокойном море из Севастополя на Одессу вышел фрегат «Везул» под командованием капитана 2 ранга И. И. Стожевского. Шли по счислению. Вскорости погода начала портиться. Небо заволокло низкими грозовыми тучами. Ветер, быстро усиливаясь, перешёл в жестокий шторм. Наставление мореплавателям на этот случай даёт чёткий совет: «Держитесь на хорошем расстоянии от береговой линии». Но ошибка в счислении места составила около 6 морских миль (примерно 12 км). Сильно уклонившийся в сторону берега фрегат нёсся прямо на Херсонесский риф. Увидев приближающийся огонь маяка, командир попытался сделать галс в море, но поворот не получился. Тогда срочно отдали якорь, но он «не забрал». Беспомощный фрегат несло на камни. Вскоре послышался удар корпуса о гранитное дно. На маяке, увидев эту трагедию, тут же сообщили в Севастополь на эскадру. Больше пока ничем помочь терпящим бедствие не могли. Море бесновалось с такой яростью, что о спуске на воду шлюпки не могло быть и речи.

К рассвету шторм начал стихать и к лежащему на борту «Везулу», который волны продолжали методично колотить о камни, подошёл вельбот с маячниками. Команду во главе с командиром спасли, а вот фрегат измолотило в щепки. Квартирмейстер и юнга, до подхода спасателей со страху бросившиеся в море, погибли.

Великий князь Михаил Павлович, оказавшийся в то время в Севастополе, писал царю: «Многие из офицеров, находившихся на эскадре, свободные от должности, поспешали на помощь несчастным сослуживцам... наняли верховых лошадей - барказов нельзя было посылать в открытое море в такой ветер - и опрометью поскакали к Херсонесскому маяку. Фрегат был разбит, и потеря его оценена в 270 630 руб.».

Море не раз испытывало и сами маяки. Тысячетонные махины маячных башен без труда выдерживали натиск ураганов и свирепых штормов, а вот городки и находившиеся на их территории постройки море не щадило. Особо жестокие испытания выпали на долю обитателей Херсонесского маяка в ночь на 18 декабря 1887 года. Смотритель маяка А. Федотов срочно телеграфировал в Севастополь: «Бурей залило двор и здания, прошу спасти служащих от гибели». Командир Севастопольского порта контр-адмирал М. Н. Кумани немедленно выслал на маяк людей и спасательные средства. Позже Федотов показывал: «При шторме 17 декабря 1887 года зыбь с моря перебрасывало через каменные возвышения набережной, а в 11 часов сделался сильный шторм. Вокруг маяка образовалось уже озеро... В некоторых местах вода доходила до 6 футов (почти 2 метра)... Затопило конюшню, сараи, кладовые, погреб... Вода поднималась до окон зданий. Женщин и детей отправили вброд по пояс в ближайшую деревню. .. Служители, набрав хлеба и петролеума в запас, укрылись в башне, чтобы обеспечивать исправное освещение. Перед этим они спасли команду турецкого брига с грузом, который разбился до основания. Утонуло 10 человек, а 4 спаслось. Нужна небольшая плоскодонная вёсельная шлюпка для спасения».

После шторма башню и все жилые и хозяйственные постройки пришлось капитально ремонтировать. Со стороны моря для защиты от буйства стихии возвели мощный каменный вал (брекватер), а при маяке возродили упразднённую ранее спасательную команду, оснастив её вёсельными вельботами и специальным снаряжением.

Потом ещё не раз море испытывало обитателей маяков. Во время землетрясения 12 сентября 1927 года, одного из самых сильных в Крыму за всю историю, могучие башни Херсонесского и Тарханкутского маяков выстояли. Служители же отмечали, что во время толчков они раскачивались, как стволы могучих дубов. Одновременно из фонарных сооружений обоих маяков наблюдали далеко в море между Севастополем и мысом Лукулл громадную огненную полосу. Создавалось впечатление, что там горит море. Истинная причина столь необычного явления и по сей день остаётся загадкой...

Хрестоматия

В пустой маяк, в лазурь оконных впадин,
Осенний ветер дует – и, звеня,
Гудит вверху. Он влажен и прохладен,
Он опьяняет свежестью меня.
Остановясь на лестнице отвесной,
Гляжу в окно. Внизу шумит прибой
И зыбь бежит. А выше – свод небесный
И океан туманно-голубой.
Внизу – шум волн, а наверху, как струны,
Звенит-поёт решётка маяка.
И всё плывёт: маяк, залив, буруны,
И я, и небеса, и облака.

И.А. Бунин. На маяке (1903-1904)

© 2022 Туризм и путешествия